Дэвид Фидлер: Почему мы чувствуем горе войны?

На днях я написал письмо Дэвиду Фидлеру, известному философу и писателю, автору книг по античной философии, стоицизму и суфизму. В письме попросил его дать несколько слов поддержки для украинцев. 

Дэвид ФидлерВ ответ получил письмо полное солидарности с Украиной, борьбой за нашу свободу и разрешение на перевод статьи о том, что чувствуют европейцы сейчас. 

Это интересный взгляд со стороны тех, кто сейчас находится в безопасности, но не чувствует её. Кто протянул нам руку помощи, но тоже чувствует, что мир никогда не будет прежним.

И там не только озабоченность, но и большая солидарность, которая возможна только в развитых культурах. Когда тебе не плевать, что происходит где-то за сотни и тысячи километров от твоего дома, когда ты осознаешь себя частью всего мирового сообщества.

Благодаря этой осознанности мы имеем сейчас такую колоссальную поддержку. 

Текст переведен с разрешения автора и сайта StoicInsights.com.

Если вы хотите узнать больше о стоицизме, напишите мне, и я вышлю вам свою небольшую PDF книгу «Как сохранить спокойствие и уверенность в сложные времена? Стоицизм в повседневной жизни». Заявку можно оставить по этой ссылке.


война в Украине

Дэвид Фидлер: Почему мы чувствуем горе войны?

Обычно мы чувствуем горе, когда теряем любимого человека. Но в случае с войной в Украине мы потеряли смысл целого мира, который когда-то знали.

Стоицизм помогает нам понять горе и реагировать на него — даже на горе, вызванное войной. Вопреки распространенному мнению, римские философы-стоики никогда не считали, что человек должен сдерживать или подавлять эмоции. На самом деле, как протопсихологи, они изучали различные виды эмоций и то, как они возникают, включая эмоцию горя.

Самой важной эмоцией для стоиков была любовь или привязанность, которую мы можем увидеть даже в любви животных к своему потомству. Упоминая идеи стоиков, Цицерон (106 г. до н. э. — 43 г. до н. э.) писал, что когда мы видим огромные усилия, которые животные тратят на заботу о своем потомстве, «мы словно слышим голос самой природы». Это верно и для людей. Как он поясняет далее: «Ясно также, что сама природа побудила нас любить тех, кого мы породили. Из этого импульса возникает общее влечение, объединяющее людей как таковых; исходя из нашей общей человечности, мы чувствуем родство с другими». В конечном счете, он предполагает, что такая врожденная любовь и чувство родства порождают человеческое общество.

Для стоиков людей объединяет не только любовь; нас объединяет и рациональность. Поскольку все люди содержат в себе искру разума, мы братья и сестры друг другу — космополис или «мировое сообщество», — которое несет в себе этическую ответственность за других.

Хотя персидский поэт Саади (1213–1291) не был писателем-стоиком, он прекрасно выразил идею человеческого родства в своих знаменитых строках:

«Всё племя Адамово — тело одно,

Из праха единого сотворено.

Коль тела одна только ранена часть,

То телу всему в трепетание впасть.

Над горем людским ты не плакал вовек, —

Так скажут ли люди, что ты человек?»

Римский философ Сенека (ок. 4 г. до н. э. – 65 г. н. э.) был наиболее гуманным и психологически осведомленным стоиком, писавшим об эмоциях. Он не только написал целую книгу о гневе или ярости, но также пять более коротких работ о горе и о том, как смягчить его удар.

война Украина

Для Сенеки горе — это нормальное человеческое чувство, нечто инстинктивное, что мы испытываем, когда теряем любимого человека. Когда случается такая потеря, говорит он, мы должны позволить слезам течь и не пытаться их сдерживать. Но, с другой стороны, следует проявлять умеренность в печали: он считал, что лучше плакать, чем рыдать. 

Что наиболее важно, у Сенеки была блестящая стратегия, помогающая преодолеть чувство горя с течением времени. Если вы потеряете любимого человека, говорил он, сосредоточьтесь на том, насколько вы благодарны за прекрасное время, которое вы провели вместе. Таким образом, мы можем со временем заменить горе счастливыми воспоминаниями.

Хотя этот подход хорошо работает, когда мы теряем любимого человека, другие виды потери тоже могут вызывать горе, например, постоянный поток историй и образов, которые нам пришлось пережить в результате жестокого и неспровоцированного нападения России на Украину. В подобном случае мы чувствуем горе из-за рациональных и любящих связей, которые мы чувствуем с другими людьми: это нападение на нашу общую человечность, что не может не огорчать нас.

Другой мощный источник этого горя заключается в том, что с российским вторжением мы потеряли ощущение мира, который мы когда-то знали. Однажды утром мы проснулись и обнаружили, что живем в совершенно новом мире, как после терактов 11 сентября. Через несколько дней Россия оказалась в финансовой изоляции от большей части мира. Рубль упал в цене, российские банки в Европе рухнули, а ее фондовый рынок закрылся на несколько недель. Россия заключила в тюрьмы тысячи протестующих. Цены на нефть и природный газ выросли. Всего за несколько дней весь политический ландшафт Европы изменился, с новым акцентом на НАТО и взаимную оборону. Затем, в один прекрасный день, мы проснулись и обнаружили, что здание крупнейшей в Украине атомной электростанции подверглось нападению и горит. Совсем недавно был взорван родильный дом, в результате чего погибли беременная мать и ее нерожденный ребенок. С такими событиями относительно стабильный мир прошлого исчез.

мариуполь война

 

Как объясняет психолог и специалист по горю Джон Фредерик Уилсон: «Большинство людей связывают горе с потерей того, кого они любят, но на самом деле люди могут горевать по самым разным причинам. По сути, знать, что ожидать, и чувствовать себя в безопасности и стабильности важно для нашего выживания поэтому когда в нашей жизни происходит потеря, мир меняется и переворачивается с ног на голову. Жизнь делится на две половины — до потери и после потери. Мы скорбим о потере безопасного и знакомого, и кажется, что все никогда не будет, как прежде».

Как заметил Сенека, когда мы теряем любимого человека, мы можем смягчить свое горе благодарностью за хорошее время, которое мы провели вместе, счастливыми воспоминаниями из прошлого. Но с горем украинской войны дело обстоит иначе, потому что наш коллективный мир перевернулся с ног на голову атакой на нашу общую человечность — и мы понятия не имеем, как долго продлится эта атака.

Учитывая эту ситуацию и непредсказуемость стабильного будущего, я обнаружил, что лучший выход — быть благодарным за базовые вещи, которые у меня есть сейчас: любящая семья, уютный дом с крышей над головой, еда на столе и система отопления, которая до сих пор работает. 

К сожалению, людям в Украине не так повезло, как нам. Но мы в Сараево оправились от жестокой войны почти три десятилетия назад, и, возможно, украинцы тоже смогут. А пока нам остается только надеяться на мудрую дипломатию и протянуть руку помощи нуждающимся.


Знайшли щось корисне для себе? Підтримайте PSYSK та автора.

“Практичний стоїцизм” — авторський курс з персональною підтримкою протягом 6 тижнів.

Сергій Коноплицький

Засновник спільноти сучасного стоїцизму PSYSK.

Вас може зацікавити...